Ой, мы жали, жали, ой, мы жали, жали,
Что мыгли нажали.
Ай, что мыгли, нажали, что мыгли, нажали,
У копу поклали.
У копу поклали, у копу поклали,
В стоги пометали.
В стоги пометали, в стоги пометали,
На гумно свозили.
А чей это парень, а чей это парень,
Да й по двору ходит?
Да й по двору ходит, да й по двору ходит,
Златы ключи носит.
Златы ключи носит, залты ключи носит,
Амбар отмыкает.
Амбар отмыкает, амбар отмыкает,
Хлебы принимает. |
Как небо и земля не боятся, не повреждаются,
так бы ты, младенец ( имярек ), мое дыхание,
не боялся, не повреждался.
Как солнце и луна не боятся, не повреждаются,
так бы ты, младенец ( имярек ), мое дыхание,
не боялся, не повреждался.
Как молитва и возглас не боятся, не
повреждаются,
так бы ты, младенец ( имярек ), мое дыхание,
не боялся, не повреждался.
Как правда, беззаконие не боятся, не
повреждаются,
так бы ты, младенец ( имярек ), мое дыхание,
не боялся, не повреждался.
Что было и что будет не боятся и не
повреждаются,
так бы ты, младенец ( имярек ), мое дыхание,
не боялся, не повреждался.
Аминь. |
Эх, ты, Гришка Чубучонок,
Покатай наших девчонок!
Прокатил бы, девки, вас
Мамка лошади не даст!
Бурочка замученный,
Серко еще не ученный.
(Масленичная песня) |
Вы, начальники, овцы,
а я ваш волк.
У вас языки овечьи
вы не умеете говорить по-человечьи.
Как огонь траву обходит,
так бы меня, раба ( имярек ),
беда-напасть обходила,
ни в чем не винного.
(Заговор на “подход” к начальству) |