01.03.2017

Вирусы гриппа, Зика, Ближневосточного респираторного синдрома — в 2016 году они были в центре внимания не только медиков и микробиологов, но и широкой общественности. Какие вирусные угрозы ждут нас в 2017 году, как наука может помочь противодействовать их распространению и что должен знать каждый, чтобы обезопасить себя и своих близких? Об этом рассказал в пресс-центре ТАСС один из ведущих российских вирусологов, член-корреспондент РАН, заведующий лабораторией бионанотехнологии, микробиологии и вирусологии факультета естественных наук Новосибирского государственного университета Сергей Нетёсов:

Я занимаюсь вирусами с конца 70-х годов. За это время я постепенно, волей-неволей собирал данные о динамике заболеваемости актуальными вирусными инфекциями в ряде стран мира, о ситуации с некоторыми из них в России и Новосибирске, в частности. И что касается смертности от различных заболеваний, то значимость ее причин в России, в сравнении, например, со США и Китаем, примерно одинакова: в «лидерах» причин — сердечно-сосудистые заболевания, затем онкозаболевания и внешние причины, включая несчастные случаи, аварии, самоубийства и т.д. Казалось бы, при чём здесь вирусы и вообще инфекции? Ведь инфекционные патогены лишь в небольшой доле случаев являются причиной смертности у людей. Но это только потому, что учёными в последние 50 лет разработаны и в практике широко применяются вакцины против наиболее часто встречающихся опасных вирусных и бактериальных инфекций.

Но, несмотря на то, что смертность от инфекций у нас сейчас весьма невелика, заболеваемость ими наносит очень большой экономический ущерб. Так, за год в России случается:

  • От 28 до 31 миллиона случаев заболеваний респираторными инфекциями;
  • Около 48 миллионов случаев заболеваний — все болезни органов дыхания, вместе с инфекциями.

Остальные причины заболеваемости по данным Российского статистического ежегодника: до 800 тысяч случаев в год желудочно-кишечных инфекций, около 600 тысяч в год — новые случаи онкозаболеваний и около двух миллионов приходятся на сердечно-сосудистые заболевания.

Представляют угрозу и так называемые «возникающие» инфекции, которые исходно не наблюдались на данной территории (или присутствовали в небольшом количестве) и появились или резко выросли в связи с какими-то большими изменениями в природе или образе жизни. Например, целый ряд инфекций, которые в России ранее не встречались, заносятся на нашу территорию из-за огромного роста объемов международной торговли и туризма. Наши российские туристы очень активны и могут заразиться инфекциями в путешествиях по джунглям, рекам и вообще на природе. Например, в тропических джунглях, где есть опасные комары-переносчики, в результате их укусов можно заразиться лихорадкой денге, японским энцефалитом, лихорадкой западного Нила и малярией. В России это тупиковые инфекции, потому что их переносчики не могут выжить в нашем холодном климате. Но туристы в тропиках заражаются, возвращаются зараженными в Россию и уже тут заболевают, порой ставя врачей в тупик.

Содержание


Угроза: грипп

Как ни странно, вирус гриппа — тоже возникающая инфекция. Но по другой причине. Во-первых, данный вирус быстро эволюционирует. Во-вторых, у него генетический материал фрагментирован, и он может меняться за счёт обмена между разными штаммами вируса гриппа, природными резервуарами которых являются водоплавающие птицы, птиц, свиней и человека. Поэтому периодически появляются новые, патогенные для человека штаммы, которые затем могут распространиться по всему миру.

Иллюстрация с сайта Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ) показывает, что спектр вызывающих заболевания людей штаммов вируса гриппа — разный: на разных территориях и в разные годы. Картина заболеваемости гриппом обновляется на сайте ВОЗ каждую неделю, потому что данные в ВОЗ каждую неделю поступают из примерно 50 сотрудничающих с ВОЗ лабораторий разных стран, которые исследуют циркулирующие среди людей вирусы гриппа. Что характерно, рост заболеваемости гриппом наблюдается в конце каждого года и первом квартале следующего года, хотя вызывающие грипп штаммы вируса почти каждый год немного другие в сравнении с предыдущими годами.

В России зимой-весной 2016 года преобладали штаммы «свиного» гриппа подтипа H1N1, а на втором месте были штаммы подтипа H3N2. Поздней осенью того же года и зимой 2017 года картина уже другая: преобладают немного изменившиеся штаммы H3N2 подтипа, совсем немного циркулируют штаммы подтипа H1N1 (тот же «свиной» грипп, калифорнийский) и штаммы вируса гриппа типа В. А в США, например, в 2017 году в большей степени присутствуют штаммы именно калифорнийского, «свиного» гриппа, затем — штаммы подтипа H3N2, а потом – типа В.

Учёные разных стран отслеживают изменения в наборе антигенов штаммов вируса гриппа и встречаемость его подтипов среди людей. На опыте многих лет наблюдений замечено, что каждый год один-два из трёх подтипов штаммов, вызывающих основную заболеваемость гриппом, заметно эволюционируют так, что прежние вакцины от них не защищают. И поэтому ученые вслед за этим рекомендуют заменять компоненты в комбинациях вакцинных штаммов, что отражается на соответствующем сайте ВОЗ, с тем, чтобы подстроить вакцины под появившиеся новые штаммы вируса гриппа.

Угрозы: гепатит С, туберкулёз, ВИЧ

С 1998 года по 2002 год в России был выдающийся пик заболеваемости острыми гепатитами В и С. 90% этого пика было обусловлено ростом потребления внутривенных наркотиков. Данная ситуация привела к созданию в России Федерального комитета по борьбе с наркотиками, активные действия которого повлекли за собой быстрое снижение их потребления, а вследствие этого — и снижение заболеваемости этими гепатитами. В результате на сегодняшний момент в отношении заболеваемости острыми гепатитами В и С Россия приблизилась к вполне благополучным в этом отношении Центрально Европейским странам. По туберкулёзу также у нас ситуация более-менее исправляется: заболеваемость хоть и медленно, но убывает.

Однако с вирусом иммунодефицита человека ситуация, мягко говоря, тяжелая. В конце прошлого года и Министром здравоохранения, и ведущими российскими специалистами по ВИЧ-инфекции положение в стране было признано чрезвычайным. Именно поэтому была разработана и утверждена новая национальная Стратегия борьбы с распространением ВИЧ-инфекции. Ведь в большинстве регионов мира ВИЧ-инфекция медленно идёт на спад, и лишь в странах Восточной Европы и Центральной Азии (включая Россию), число ВИЧ-инфицированных продолжает расти.

В Новосибирской области ситуация также весьма тяжелая. Регион отнесён к числу 10 наиболее поражённых областей, потому что здесь темпы распространения ВИЧ-инфекции среди населения выше, чем в среднем по России. Число инфицированных в нашей области — более 32 тысяч человек! Если учесть, что эти люди в основном проживают в самом Новосибирске, то получается, что фактически каждый 50-й житель мегаполиса заражён. Очевидно, что необходимо принимать очень серьезные дополнительные меры борьбы с ВИЧ-эпидемией.

Важно понимать, что в России к 2017 году половой путь передачи ВИЧ-инфекции фактически сравнялся с основным, наркотическим. Это означает, что эпидемия переходит в генерализованную фазу (это последняя и самая опасная по мировой классификации фаза эпидемии ВИЧ): носителями вируса становятся не только людей с «неправильным поведением», но и представители широких кругов населения.

В борьбе с ВИЧ-инфекцией применяются разработанные в 90-х и 2000-х годах противовирусные препараты: высокоспецифичные ингибиторы трёх вирусных ферментов: ревертазы, интегразы и протеазы. Разработаны схемы комплексной терапии этими препаратами, что позволяет сильно замедлить развитие инфекции и кардинально снизить концентрацию вируса в крови и тканях организма, и при их постоянном употреблении человек может прожить с вполне приличным в остальных отношениях состоянием здоровья ещё 20–30 лет. Препараты недешёвые, поэтому в большинстве развитых стран они обеспечиваются государством. Однако в России лишь 35% ВИЧ-инфицированных получают данные препараты в больницах. Остальным, по-видимому, приходится решать проблему за свой счёт. Сейчас идут обсуждения между Минздравом и Минфином о выделении достаточного количества средств на борьбу с ВИЧ-инфекцией.

Стоит отметить, что противовирусные препараты первого поколения дают немало неприятных побочных реакций и осложнений. Поэтому исследователи во всём мире ищут другие, более безопасные средства лечения ВИЧ-инфекции. Уже разработаны и производятся более безопасные препараты 2–3 поколения. Работают над этим и новосибирские учёные: в том числе сотрудники Института органической химии СО РАН им. Н.Н. Ворожцова, а также ученые лаборатории НГУ под руководством директора Института медицины и психологии НГУ, член-корреспондента РАН Андрея Покровского. Они пытаются найти новые ингибиторы вирусных ферментов, которые не будут вредить человеку.

К сожалению, просветительская деятельность как мера профилактики ВИЧ в России пока что находится на весьма невысоком уровне. К тому же, как и в ряде других стран, растет число так называемых ВИЧ-диссидентов, отрицающих существование и самого ВИЧ, и СПИД. Почти все эти люди — не инфицированы. Но те из них, кто инфицирован, принципиально не принимают лекарств. Среди последних есть и молодые матери, рожающие ВИЧ-положительных детей и отказывающиеся их лечить. А потом жестоко об этом жалеют. Наконец, есть и так называемые ВИЧ-террористы, которые также отрицают само существование ВИЧ-инфекции, но при этом бравируют своей инфицированностью и фактически намеренно заражают половых партнёров. Один такой диссидент есть и у нас в Новосибирске, как вы знаете.

Угроза: Ближневосточный («верблюжий») респираторный синдром

Эта угроза в сравнении с вирусом гриппа по своим масштабам весьма невелика. Промежуточными носителями коронавируса, вызывающего «ближневосточный респираторный синдром», в природе являются верблюды. И лишь изредка данный вирус заражает человека. Болезнь возникает не у всех контактировавших людей, а вернее всего сначала у тех, у кого есть какие-то дефекты в иммунной системе. Но вот передача от больного человека другим людям происходит очень легко. Это показала вспышка в Южной Корее, куда заехал один больной из Саудовской Аравии, заразивший 170 человек, 20% из которых умерло. Однако, россиянам серьезно бояться этой угрозы не стоит, так как у нас почти все верблюды только в зоопарках и живут (да и не они в основном эту инфекцию в себе носят, а другие живущие в Саудовской Аравии животные — тропические летучие мыши). Отмечу, что у нас хорошо отлажена процедура выявления первых признаков опасных инфекций в пограничных городах и в международных аэропортах. И прилетевшего или приехавшего к нам из-за границы человека с высокой температурой выявят еще в самолете и сразу же отправят в инфекционную больницу на карантин, до выяснения причин высокой температуры.

Борьба с угрозами: вакцины

Не случайно в начале пресс-релиза отмечено, что в первостепенных причинах смертности мы не находим роли вирусов. Это потому, что разработаны и широк применяются вакцины. С вакцинопрофилактикой кори, например, в России мы имеем хорошие показатели: в 2016 году у нас заболело менее 1 человека в год на 100 тысяч населения. Эта ситуация соответствует показателям других развитых стран. А полиомиелит вообще в России уже удалось искоренить как оспу (элиминировать), и в последние годы случаются только завозные инфекции (последний такой завозной случай имел место в 2010 году, когда в Россию приехал больной из Таджикистана).

По краснухе и паротиту мы также приблизились к элиминации благодаря вакцинации. Заболеваемость очень низкая, и это прекрасно, потому что корь — главная причина смертности среди детей до трёх лет в тех странах, где не прививают детей, а паротит и краснуха — болезни с весьма неприятными осложнениями.

В России в 2014 году был серьезный подъем заболеваемости корью из-за массовых отказов родителей вакцинировать детей. Заболеваемость тогда возросла фактически почти в 30 раз. Это яркий пример последствий действий антивакцинаторов, начало новой волны действий которых положил бывший английский врач Эндрью Уэйкфилд. Он в 1998 году опубликовал статью, где утверждал, что имеется взаимосвязь между вакцинацией от кори и аутизмом, а также болезнью воспалённого кишечника. Несколько групп исследователей после этого тщательно перепроверили его выводы и в результате опровергли наличие такой связи. Однако мифы о вреде вакцин продолжают бытовать в массах.

В нашей стране также есть свой Уэйкфилд. Некий кандидат медицинских наук активно выступает на канале Youtube, широко пропагандируя отказываться от вакцинации. Из-за его речей родители массово стали отказываться от прививок в начале 90-х годов. В результате этого в 1993–1994 годах в России резко поднялась заболеваемость корью и дифтерией. В эти годы все больницы Академгородка были переполнены больными корью студентами НГУ, потому что им не сделали своевременную ревакцинацию. Благо, все остались живы. Но в те же годы в России от дифтерии умерло около 400 человек. Вот таков был результат пропаганды антипрививочников. И ведь рядовые люди почему-то верят этому пропагандисту, хотя он уже более 20 лет не является научным работником, не имеет публикаций в рецензируемых журналах в области вакцинологии и иммунологии и никогда не принимал участия в исследованиях воздействия вакцин на организм человека.

«Живительные» вирусы

Вирусы могут не только зло приносить: они могут делать и добро. Например, половина противовирусных вакцин — это живые штаммы вирусов, только они ослабленные и при их размножении в организме человека возникает наиболее долговременный и прочный иммунитет.

Сейчас также быстро развиваются исследования вирома — набора вирусов у клинически здоровых людей. Оказывается, некоторые вирусы живут в наших организмах, не нанося нам вреда, то есть мы живём с ними в реальном симбиозе и, по всей вероятности, не болеем из-за их активности. Это означает, что они играют какую-то роль в нашей жизни, так же, как и ряд непатогенных бактерий, живущих у нас в кишечнике, на коже, в ротовой полости и т.д. Я думаю, что в самые ближайшие годы мы узнаем много нового о том, насколько вирусы помогают нам в нашей жизни.

Некоторыми из этих исследований мы занимаемся и в НГУ. В частности, моя лаборатория совместно с учеными ГНЦ ВБ «Вектор» ведёт разработку противораковых вирусов. Давно известно, что раковые клетки намного более нормальных клеток чувствительны к вирусам, потому что у них нарушен целый ряд систем, в том числе, защитных. Мы пока что не провели полностью доклинических испытаний наших перспективных лечебных противораковых вирусов, но есть надежды, что скоро мы найдем источники финансирования для этого и их все-таки завершим. В таких странах, как Япония, Германия, США и Китай эти работы сейчас очень хорошо продвигаются, и нам здесь отставать не хочется.

Фото: Мария Тищенко

Лаборатория бионанотехнологии, микробиологии и вирусологии входит в САЕ "Синтетическая биология".

Последняя редакция: 01.03.2017 16:39