Будучи выпускником магистратуры и докторантуры китайских вузов, я мог оценить уровень подготовки российских студентов-старшекурсников. Прежде всего, нельзя не обратить внимания на достаточно высокий уровень владения подавляющего большинства выступавших китайским языком (некоторые из них говорили и понимали язык Конфуция лучше, чем профессиональные переводчики), хотя фраза “不好意思，我听不懂” во время ответов на вопросы преподавателей также несколько раз прозвучала.
Научный уровень докладов можно оценить как достаточный для студентов средних и старших курсов. Из положительных сторон содержания прозвучавших выступлений следует отметить то, что некоторые из студентов уже намечают свои дальнейшие научные траектории. В частности, можно отметить то, что А.Е. Ефимов уже не только определился с тем, что намерен заниматься этнологией, но даже выбрал конкретный народ Китая, который собирается изучать. Интерес А.В. Бурнаковой к буддийской культуре остаётся достаточно устойчивым уже несколько лет. Н.Н. Колодезникова-Матчитова готовила скорее не доклад, а небольшое, но полноценное по содержанию исследование по корпоративной культуре, что также может указывать на её глубокий интерес к изучению социальных явлений. Своей ориентированностью на актуальные проблемы и тенденции китайской общественной жизни и культуры были интересны доклады Подстрешной Е.Ю., Качановой А.С., Аткиной Д.В., Кузьменко А.Д., Сидневой Е.А., Сороколетовой Н.А., Тимошковой А.В. и Мельниковой Е.Ю.
Из общих для нескольких докладов недостатков стоит обратить внимание на обычную для начинающих учёных проблему: недостаток конкретики. Например, некоторые из студентов, говоря о той или иной китайской традиции, не указывают, о каком периоде её развития среди трёх тысяч лет китайской истории идёт речь. Кроме того, говоря, например, о религиозных концепциях отдельные студенты не сообщают, как конкретно они реализуются в жизни той или иной духовной школы.
Таким образом, почти все выступавшие имеют потенциал научного роста, а некоторые из них уже проявляют отчётливую исследовательскую целеустремлённость. Наиболее же перспективным путём дальнейшего развития для них мне видится продолжение работы студентов и их научных руководителей над устранением разрывов между теориями, которые используют студенты, их собственными идеями и конкретикой жизни».